0b2c0667

Кларк Мэри Хиггинс - Пепел Розы



МЭРИ ХИГГИНС КЛАРК
ПЕПЕЛ РОЗЫ
Аннотация
…И тут он увидел Сьюзан, которая лежала почти у его ног. Это была она и не она. Обезображенное лицо с выпученными покрасневшими глазами, разинутым ртом, вывалившимся языком, — совсем не та изысканная красавица, которую создал он. Даже тело ее выглядело неуклюжим.

Какая нелепая поза: левая нога подвернута под правую, каблук левой туфли упирается в правую щиколотку. И нежные бутоны красных роз рассыпаны по всему телу…
Помощник прокурора Кэрри Макграт, заинтересовавшись убийством десятилетней давности, не подозревала, что ввязалась в смертельную игру. Ктото не хочет, чтобы правда вышла наружу.
Моим сокурсникам по академии
ВиллаМария в этот особый год,
отдельный поклон с любовью и уважением
Джоан Лэмотт Най, Джун Лэнгрэн
Крэбтри, Марджори Лэшли Квиндэн,
Джоан Моллой Хоффман
и памяти Дороти Байбл Дэвис
Не усыпайте могилу ее
Бутонами роз, так ею прежде любимыми.
Ни ароматом, ни прелестью их
Ей не дано теперь насладиться.
Эдна СентВинсент Миллей. Эпитафия
Он все время пытался изгнать мысли о Сьюзан. Иногда ему удавалось на несколько часов обрести покой и даже немного поспать ночью. Только так он мог нормально жить.
Он все еще любит ее? Или ненавидит? Он и сам толком не понимал.

Она была такой красивой… Блестящие насмешливые глаза, копна темных волос, губы, которые так призывно улыбались и так легко надувались, словно у ребенка, которому отказали в сладком.
В его воспоминаниях Сьюзан навсегда осталась такой, какой была в последнюю минуту жизни: поддразнивала его, а потом отвернулась.
И вот теперь, почти одиннадцать лет спустя, эта Кэрри Макграт тревожит Сьюзан, не дает ей покоиться с миром. Вопросы, снова какието вопросы. Просто невыносимо.

Ее необходимо остановить.
Пусть мертвые хоронят мертвых, а… Старая поговорка, подумал он, но очень правильная. Макграт нужно остановить. Любой ценой.
Среда, 11 октября
Кэрри огладила юбку темнозеленого костюма, поправила тонкую золотую цепочку на шее и пробежалась пальцами по пепельным волосам, спадающим до плеч. После обеда она металась как сумасшедшая. В половине третьего ушла из зала суда, забрала Робин из школы, проехала по забитой 17й и 4й автостраде через мост Джорджа Вашингтона в Манхэттен и наконец добралась до врача, едва успев к четырем часам, когда Робин был назначен прием.
После этой безумной гонки Кэрри была способна только сидеть и ждать, когда их вызовут в кабинет. Ей хотелось побыть с Робин, пока девочке снимают швы, однако медсестра была непреклонна: доктор Смит никому не разрешает присутствовать на процедурах.
— Но Робин всего десять! — запротестовала Кэрри, но тут же умолкла. Надо благодарить бога, что после несчастного случая им повезло попасть к доктору Смиту. Медсестры в больнице «СенЛюк Рузвельт» заверили ее, что он великолепный пластический хирург, а врач из «скорой помощи» назвал его волшебником.
Вспоминая тот день неделю назад, Кэрри поняла, что еще не оправилась от потрясения. Тогда она допоздна задержалась в суде Хакенсека, готовила материалы по делу об убийстве, на котором выступала обвинителем, воспользовавшись тем, что отец Робин, ее бывший муж Боб Кинеллен, неожиданно пригласил дочь в цирк, а потом на ужин.
В половине седьмого затрезвонил телефон. Звонил Боб. Произошел несчастный случай, на выезде с парковки в его «ягуар» врезался фургон, и осколки стекла поранили Робин лицо. Ее срочно отвезли в «СенЛюк Рузвельт» и вызвали пластического хирурга.

Больше ранений у девочки нет, ее уже осмотрели.
Кэрри вс